«Сообщите интересующие вас сведения, и мы будем их добывать»

Дню работников органов безопасности РФ посвящается
«Сообщите интересующие вас сведения, и мы будем их добывать»

20 декабря 1917 г. СНК РСФСР издал декрет об образовании Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем при СНК РСФСР. С 1995 г. этот день отмечается как День работников органов безопасности РФ.

25 октября 1917 г. власть в столице России Петербурге перешла к трудящимся в лице Советов. Новое правительство обратилось к народу с призывом брать власть в свои руки и создавать органы власти на местах — Советы. Во Владивостоке по призыву столицы был образован Совет во главе с К. Сухановым. Для охраны порядка и законности был образован ВРК во главе с председателем П. Никифоровым.

«Мало свергнуть буржуазию, — говорил Никифоров. — Надо взять ее за мошну». Члены комитета боролись с саботажем, мародерством, раскрыли заговор офицеров.

Так, Первая мировая война еще не закончилась, и на складах Владивостока скопилось огромное количество военного имущества: около 1,5 млн пудов пороха, 850 тыс. винтовок, громадное количество артиллерийских снарядов, мин, патронов, моторы к самолетам и многое другое. Пользуясь моментом, анархисты предлагали разделить Владивосток на районы и приступить к дележу имущества, начать погром магазинов.


Среди населения началась паника. Военная комиссия Советов пришла на митинг анархистов и предупредила, что если они перейдут от слов к делу, то встретятся с вооруженной силой. Анархисты отступили. В то же время толпа людей атаковала мельницу на Первой речке и начала растаскивать муку. Сотрудники ВРК незамедлительно прибыли на место, и «мародеры бежали».


20 декабря 1917 г. в Петрограде Совнарком заслушал доклад Ф. Дзержинского и принял постановление об утверждении ВЧК по борьбе с контрреволюцией и саботажем (позднее спекуляцией и преступлениями по должности). Первые 10 человек во главе с председателем приступили к выполнению задачи № 1 — пресечению и ликвидации всех контрреволюционных и саботажнических попыток и действий по всей России. В ВЧК был создан орготдел и иногородний отдел для руководства работой на местах. Вскоре ВЧК обратилось к местным Советам с призывом создавать на местах ЧК взамен стихийно возникших комитетов. Принятое на Всероссийской конференции ЧК 11 июня 1918 г. совершенно секретное Положение о чрезвычайных комиссиях на местах гласило: «При каждом областном, губернском, уездном пограничном и т. п. Совдепе исполнительный комитет или Совет выделяет группу лиц, преданных делу революции и советской власти, товарищей, которые составляют чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией.

Общее руководство и направление работы комиссий принадлежит Всероссийской чрезвычайной комиссии. Для чрезвычайных комиссаров с ВЧК вырабатывается определенный шифр, путем которого происходят секретные сношения. Все комиссии носят однородные названия: «чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией и спекуляцией при таком-то Совете».

Были разработаны правила для работников ВЧК, которые все должны были знать и исполнять. Среди них: быть всегда корректным, вежливым, скромным, находчивым, а при случае уметь проявить твердость. Не кричать, быть мягким, но однако нужно знать, где проявить волю и непреклонность. Прежде чем говорить, надо подумать. На обысках быть предусмотрительными, умело предостерегать несчастье, быть вежливым, точным до пунктуальности.

Отмеченные задачи и принципы работы стали впоследствии основными для деятельности местных органов безопасности на протяжении последующих десятилетий. Однако в условиях начавшейся иностранной интервенции уже 29 июня Советы в Приморье были распущены, и территориальные органы ЧК созданы не были.

На два с лишним года представители законно избранной власти должны были уйти в сопки и в подполье. Впоследствии многие работники органов ЧК вошли в состав и руководство первых органов государственной безопасности Приморья после освобождения последнего от интервентов, внеся в их работу все принципы, определенные ВЧК в 1917–1918 гг. Среди вошедших в органы ГПУ Приморья были кадровые чекисты Шварц, Берман, Полин, П. Моров и другие. Опыт работы в ЧК пригодился для создания и работы первых органов ГБ в Приморском крае.

ГПО

С 1918 г. до конца 1922 г. на территории Приморья существовали различные коалиционные и монархические правительства со своими органами государственной безопасности. В своей полулегальной работе им приходилось выкупать, отбивать своих сотрудников, зачастую скрываться на нелегальных квартирах от японских спецслужб.

23 августа 1920 г. была создана Государственная политическая охрана (ГПО) ДВР, ставшая «центральным органом по борьбе с политическими преступлениями и шпионажем на всей территории Дальневосточной республики». Правительством ДВР 8 февраля 1921 г. было утверждено Временное положение о Государственной политической охране ДВР, по которому в составе ГПО ДВР имелся центральный аппарат (ГУ ГПО), территориальные подразделения (5 областных отделов ГПО: Прибайкальский, Забайкальский, Амурский, Приамурский, Приморский и транспортные подразделения на железных дорогах). С ноября 1921 г. до ликвидации ДВР руководил ГПО Л. Н. Бельский. Облотдел ГПО в Приморье постоянно информировал Центр о происходящем во Владивостоке. Например, в начале марта облотдел докладывал, что «во Владивостоке существует «Орден мстителей». Возглавляет организацию полковник Делимарский. Цель «Ордена» — уничтожение комиссаров».

Понимая сложность своего положения в окружении стотысячных войск интервентов и готовясь к предстоящей борьбе, работники ГПО создавали конспиративные квартиры, склады оружия, подпольные типографии. Здесь работали такие опытные чекисты, как П. Никитенко, Л. Бурлаков. Из ГПО в органы ГБ пришел впоследствии и Г. Давыдов.


Переворот, осуществленный японцами в мае 1921 г., привел к ликвидации власти ДВР в Приморье и уходу работников ГПО в сопки и в подполье уже до самого освобождения региона. Однако разведывательная и контрразведывательная работа продолжалась.


Из тайги нелегально и постоянно в город проникали разведчики. Вот как описывает один из них, вышедший с секретным заданием из Анучино, свой путь до города: «Через несколько дней я пешком в сопровождении проводника отправился во Владивосток. Проводник был необходим, потому что через уссурийскую тайгу, особенно весной, можно было пройти только по партизанским тропам. Шли мы несколько дней. Тайга вся цвела, пышная полутропическая растительность заплетала дорогу, воздух был насыщен густыми влажными ароматами, под ногами хлюпали болота, а в тело впивались клещи и другие насекомые, которыми так богата тайга. Наконец пришли. Проводник привел меня к рабочему-судостроителю, где я переночевал, а утром явился на явку».

Это описание является яркой иллюстрацией к характеристике людей того времени, впоследствии принявших на себя всю тяжесть оперативной работы по осуществлению государственной безопасности в Приморье, молодых 20–30 летних романтиков. Вот, например, как описывал свою работу работник Иманской (Дальнереченской) следственной комиссии, действовавшей в освобожденной от японцев зоне: «Как и чрезвычайная комиссия в Советской России, она вела борьбу с контрреволюцией. Комната, выделенная нам в качестве рабочего кабинета, напоминала скорее кладовую. На стене висела спускавшаяся до пола рыболовная сеть, рядом стояли несколько чемоданов. Эти вещи принадлежали только что ликвидированной белобанде. Километрах в семи от города, укрывшись в зелени деревьев, я должен был наблюдать за проезжими и идущими по шоссейной дороге, а вызывающих подозрение задерживать и проверять».

Находившиеся во Владивостоке подпольщики работали и на Центр. «Сообщите интересующие вас сведения, и мы будем их добывать. Что нужно срочно — сообщите по радио, вызвав владивостокскую радиостанцию позывными», — докладывали в Центр бывшие работники ГПО, нынешние нелегалы. В обязанности подпольщиков входил угон вагонов с патронами, экспроприация оружия с военных складов. В ходе оперативных мероприятий в сопки были переправлены танки, при отходе парохода с десантом на Камчатку были взорваны его ходовые машины.

ГПУ

14 октября 1922 г. в преддверии освобождения Приморья зампред ГПУ Ягода дал указание Т. Воронцову подобрать людей для отправки в Приморье для создания местных органов ГПУ.

В то время 5-я армия ВСВО под руководством И. Уборевича двигалась с боями на Приморье, и собрать группу решено было именно при ее особом отделе. Опергруппу подбирал военный следователь Каруцкий, «молодой человек чрезвычайной толщины, большой добряк», уже прошедший партизанскую выучку в Сибири. В группу вошли 30 человек: пограничник И. Булатов, В. Никитин — моряк-балтиец, участник штурма Зимнего, К. Циунчик — партизан, красноармеец В. Ильин, П. Моров — сотрудник читинской ЧК, А. Горячев, В. Сковородько. Целым вагоном группа из Иркутска прибыла в Читу вместе с ПП ГПУ по ДВР Бельским, который должен был возглавить губревком во Владивостоке.

Утром 27 октября вагон прибыл во Владивосток. В тот же день губернский ВРК постановил создать отдел ГПО. Уже вечером было собрано первое оперативное совещание. Скоро было объявлено о создании при губревкоме облотдела ГПО. Первым начальником губотдела стал Каруцкий, замом — В. Никитин. На работу в отдел были направлены и местные кадры: Г. Давыдов, С. Хомяков, Д. Федичкин, П. Гулянов, Варман.

Направлял работу будущий замнаркома НКВД Л. Бельский, являвшийся полпредом ВЧК — ОГПУ на всем Дальнем Востоке. Вместе с образованием центрального губернского аппарата началось создание отделов и на местах.

Юрий УФИМЦЕВ, специально для «К»